К концу войны положение Германии было столь плачевно, что даже в рейхсканцелярии приходилось стоять в очереди для того, чтобы купить колбасы. Однако Штирлиц, вопреки всем нормам поведения, всегда брал без очереди. Гестаповцы очень возмущались этим. Они еще не знали, что Герои Советского Союза обслуживаются вне очереди.
Штирлиц ехал в своем автомобиле и увидел голосующего Мюллера.
Штирлиц не стал останавливаться, но через пару километров вновь увидел ту же картину. Штирлиц опять не остановился и через пару километров все повторилось еще раз. “Кольцевая”, – подумал Штирлиц. “Издевается”, – подумал Мюллер.
- Барбара, у вас не найдется чашечки кофе? – устало спросил Штирлиц.
- Кофе нет, но есть чай, – радостно захлопотала Барбара.
“Да, наши уже близко”, – подумал Штирлиц.
Ночь, рейхсканцелярия. В кабинете Мюллера с фонариком возле вскрытого сейфа
стоит Штирлиц и копается в бумагах. Находит приказ Гитлера, подходит с ним к
столу и напротив фамилии Гитлер, улыбаясь, пишет русское слово ДУРАК. Голос
диктора за кадром:
- Вот так, в нечеловеческих условиях, Советский разведчик Максим Максимович
Исаев вносил свой маленький вклад в большую Победу!
- Стой! Кто идет?
- Дождь! – ответил Штирлиц и забарабанил пальцами по стеклу.